http//аэропоиск.рф Русские медиа изнутри 25 лет «Эху Москвы» Алексей Венедиктов о России от путча...

http://аэропоиск.рф Русские медиа изнутри: 25 лет «Эху Москвы»: Алексей Венедиктов о России от путча до Путина: Большое интервью главного редактора «Эха Москвы» Алексея Венедиктова Юрию Сапрыкину к юбилею радиостанции: Белый дом и белорусские устрицы, виски и Леся Рябцева, Стрелков и Кадыров, дураки и предатели — а также ответ на вопрос, когда закончится гражданское противостояние и наступит мир. Если бы вас как историка попросили бы написать в учебнике главу про историю «Эхо Москвы» — на какие бы этапы вы ее поделили?Горбачев, Ельцин, Путин, Медведев, Путин. Этапы истории страны, на самом деле. Мы же «Эхо», мы как зеркало, мы отражаем. Мы реагируем на запросы аудитории, аудитория меняется вместе со страной.Что больше меняется — запросы аудитории или ваши отношения с властью?Отношения с властью не меняются. Власть всегда относилась к нам подозрительно. Мы первый раз вышли в эфир 22 августа 1990 года, а уже в начале ноября Горбачев на заседании Совета безопасности говорил: «Что это за вражеская радиостанция у нас под боком сообщает, что войска приближаются к Москве?» На самом деле, меняются технические вещи. Мы ведь сначала возникли как радиостанция общего формата, потом стали информационной, где новости каждые 15 минут, потом, когда интернет стал развиваться, стало понятно, что мы не можем соревноваться по новостям с интернетом, а тем более с социальными сетями — и в тройке новости — мнение — дискуссии мы на первую позицию выдвинули мнение. Мы занимаемся блогированием прямого эфира. А принципиально — я уже говорил о том, что в благополучной Бельгии или благополучной Австрии мы бы были банальной радиостанцией, построенной на банальных принципах, одной из сотен. У нас просто такие принципы — мы площадка для дискуссии, вне зависимости от того, ведет твоя страна войну или нет.Эта история про блогирование эфира — она связана с тем, как медиа перестроились, или с тем, что происходит у людей в голове? Сейчас кажется, что людям не интересны сухие факты — нужно, чтобы кто-нибудь еще кричал «Долой!» или «Даешь!».Во-первых, люди сухие факты продолжают получать у нас в новостях, но мы понимаем, что мы не главный источник новостей, интернет дает больший разброс. Именно поэтому мы не сокращаем новости, а развиваем мнения. Во-вторых, в условиях, скажем так, украинско-путинского синдрома, в обществе происходит радикализация, и мы должны на нее отвечать.Своей же радикализацией?Журналисты радикализируются точно так же, как радикализируются их семьи, их друзья, их тусовки, сами по себе радикализируются, даже не замечая этого. Я буквально полгода назад на собрании говорил: «Вы охренели? У вас в эфире звучат слова «ватник», «укроп». Когда приходит гость и так говорит — пожалуйста. Но вы-то журналисты». Пришлось формально запретить журналистам оскорбительно-уничижительные выражения в эфире «Эха Москвы».Есть список запрещенных слов?Нет, просто я говорю: «То, что считается оскорбительным — прекратите». Иногда проскакивает. Но этого не было раньше, то есть радикализация все равно происходит, это факт. И на этот запрос мы отвечаем. Мы приглашаем в эфир людей с радикальными точками зрения. Я считаю, например, что Максим Шевченко и Женя Альбац — это люди с радикальными точками зрения на разные проблемы. Естественно, когда пошла радикализация, я начал думать: может, наоборот, сделать более стерильно? Но я чувствую эту радикализацию и ничего с этим сделать не могу, потому что мир вокруг таков, общество вокруг такое. Если посмотреть, какие материалы у вас на сайте попадают в рубрику «Самое популярное», хорошо видно, что как только появляется заголовок «Россия катится в ад»…Или наоборот.…сразу пятьсот тысяч просмотров.Совершенно верно. Но я же не врач, чтобы лечить эту проблему. Я выработал для себя формулу: умный человек проблему обсуждает, а неумный осуждает. Поэтому давайте организовывать умную дискуссию вокруг, может быть, кажущейся вам глупой проблемы. Сегодня буквально на планерке я говорил: «Вот смотрите, конфликт Собчак — Красовский. Ну, казалось бы, что такого? Но это важный конфликт — в том смысле, а как бы я поступил на месте одного и другого?» Эту радикализацию мы пытаемся перевести в сущностные, смысловые вещи. Хотя не всегда получается. Как вы считаете, в истории последнего года-полутора, начиная с Олимпиады и Майдана, эта радикализация была желаемой, запланированной — или это непредвиденный побочный эффект?Ну смотрите. Во-первых, оказалось, что мы как народ готовы и желаем этой радикализации. Ее не было раньше? Значит, она дремала. Люди, которые ее разжигали, попали в точку — я думаю, что это не политики, а как раз люди, занимающиеся политтехнологиями, информацией, журналистикой. Когда это стало государственной политикой, то есть чем-то управляемым, манипулируемым, люди уже объективно это подхватывают и к этому присоединяются. И это главная проблема, с моей точки зрения. Можно наложить ксенофобскую программу на любой народ. Помните, в 1940-е годы советские газеты писали: что случилось с немецким народом, с культурным народом, это народ Гете, Гейне, как он быстро озверел! По-моему, Геббельс говорил, что человек — это зверь, покрытый тонким слоем культуры. Сдери этот слой, спровоцируй, чтобы его разорвало изнутри, — и люди, значительное их большинство, радикализируются, причем в разные стороны. Очень сложно работать как журналисту, чтобы тебя не увлекло этим потоком. Мы потеряли в прошлом году в Москве 10% аудитории.За счет недостаточной радикальности?Люди уходили, и все. Я пытался понять, что происходит. Наши специалисты в области медиа, Леша Волин, замминистра связи, Михаил Юрьевич Лесин, который был нашим генеральным директором, и эти люди, и другие мне говорили: «Ты не понимаешь, в условиях милитаризации и радикализации люди хотят слышать новости и мнения, которые совпадают с их точкой зрения, которые оправдывают их. Если они слышат то, что их делает виноватыми, из-за чего им становится стыдно, они просто не хотят это слушать». Я говорю: «Да бросьте, какая чепуха». И вот этим летом я месяц ездил по Соединенным Штатам Америки, встречался с руководством разных медийных структур — The Huffington Post, The Washington Post, — и мне рассказывали, что во время иракской войны те медиа, которые не поддерживали правительство Буша, особенно на первом этапе, которые считали, что война нечестная, несправедливая, не нужная Америке, — теряли аудиторию. Таким же самым образом.Но потом же отыграли падение? Совершили отскок?Да, потом был отскок. У нас сейчас тоже пошел. Я смотрю рейтинги июня, июля — мы половину потерь вернули. Оказывается, это вполне объективная история, что когда твоя страна воюет — объявленная, необъявленная война, не важно, — то аудитории, обычным людям неудобно и стыдно слышать то, что критикует их выбор. Аудитория «Эха Москвы» — 87% с высшим образованием, когда мы говорим: «Как вам не стыдно?», они уходят от «Эха». И в последние полтора года это был главный вызов. Все же видели внешние конфликты — казус Плющева, казус Лесина, казус Леси Рябцевой. А на самом деле главная моя задача была — что с этим делать? Поддаться этому настроению, занять позицию, как меня призывал Сережа Корзун, или держать прежнюю редакционную линию? Мне это решение далось с трудом. Были долгие обсуждения с криками, с воплями, с бросаниями табуретками, с бросаниями пустых бутылок из-под виски, предварительно выпитых. Но я для себя решил и своим объявил, что мы держим прежнюю позицию, мы площадка для дискуссий. Военных, антивоенных, пацифистских, не пацифистских, проукраинских, пропутинских. Здесь будут дискутировать. Мне Лесин напрямую сказал: «Ты потеряешь половину аудитории». Я говорю: «Ну значит, Миш, будет половина».Почему вы считаете, что от вас именно патриоты уходят? Мне кажется, это скорее ваша традиционная аудитория, которая привыкла слушать Альбац и Пархоменко, — на эфирах, скажем, Шевченко и Шаргунова им действительно хочется сбежать на другую планету. Наша аудитория — она городская, она образованная, она рефлексирующая, она всегда тонко воспринимает любые наши шатания. Поэтому любые, даже кажущиеся, изменения в редакционной политике вызывают массу критики. Уходят не только слушатели, уходят ньюсмейкеры, отказываются приходить, отказываются давать свои материалы. Я это переживу. Принципы важнее аудитории. В этом как раз мое расхождение с Сергеем Корзуном, основателем «Эха Москвы», который ушел как бы из-за Леси Рябцевой, но на самом деле, когда мы с ним говорили один на один, он обозначил такой выбор: либо сохранить базовую аудиторию с ее принципами, либо сохранить принципы медиа. Вот развилка. Сережа говорит: «Давай сохранять базовую аудиторию, тонкую, рефлексирующую, на нее работать». А я работаю на всех, даже на тех, кто не является нашей аудиторией. http://dlvr.it/BwGvg3

Чем образование отличается от просвещения? Зачем наши предки использовали столько разных понятий - смелый...

Чем образование отличается от просвещения? Зачем наши предки использовали столько разных понятий - смелый, храбрый, отважный, бесстрашный, доблестный? Зачем русам своя земля? Ответы русского землепроходца Виталия Сундакова.+

— Вы не раз утверждали, что наша культура удивительна и волшебна. В чем ее уникальность? Способна ли она сыграть роль в новом мироустройстве?

Начну с последнего вопроса. Пророки, социологи, и разного рода исследователи утверждают, что русская культура последний рубеж, отделяющий живущих на этой планете людей от полного расчеловечивания. Взгляните. Все существующие парадигмы – экономические, моральные, религиозные, политические – нивелированы или близки к окончательному краху. Даже если и существует какое-либо племя, свято соблюдающее традиции и культы предков, что оно может противопоставить общецивилизационному проекту, который ныне воплощается на нашей планете? Один вирус, одна бомба и нет племени. Послушайте мировые новости! Если сравнить наш дом, нашу Землю например с джакузи, а страны с людьми, то выяснится, что один из принимающих ванну по капле выдавливает в воду утонченные ароматизаторы, другой портянки стирает, третий сковородку от рыбы и жира отмывает. Мир очень изменился, стал динамичнее. За пару часов можно оказаться на другой стороне планеты, за пару минут отыскать в Интернете любую информацию. Технология объезжает, обходит мораль, двигаясь исключительно по законам «рыночной экономики». И культура как система табу, ограничений и запретов оказывается в стороне. Оглянитесь и вы увидите, какие разрушения принесли лживые идеи в отношениях мужчины и женщины, в обращении с природой, в степени уважения к старикам. Если не соблюдаются, система мер табу и запретов – все превращается в помойку. Как можно называться культурным человеком, не зная культа собственного народа? Даже словосочетанье «культурный человек» в головах современников несет иной смысл – человек умеющий кушать 12-ю столовыми приборами за сервированным столом и соблюдающий этикет. В новых образах как в Зазеркалье. Мода смешивается с политикой и это называют культурой.

Семейные ценности – часть культуры?

Скорее уменьшенная ее копия. Культура семьи и культура государства не могут отличатся друг от друга. Семьи создают и делегируют полномочия государству, которое, в свою очередь, оберегает и обеспечивает семьи. Так должно быть. Но на деле все иначе. И одна из причин нарушение традиций, подмена слов и смыслов. Понабрались от западных моделей. Сегодня у нас не здравницы, а больницы, не министерство просвещения, а министерство образования.

Что же плохого в слове «образование»?

Образовать – значит создать. С этим вполне могут справиться муж с женой создав ребенка. Но после этого его нужно просветить. А не преобразовывать – подгонять под нужные образы. Под чужие, навязанные, которые не в нашей традиции не в нашей культуре. А отсутствие устойчивого образа делают человека безобразным.

Официальную историю России давно критикуют за фактические нестыковки, выдуманные события. Татаро-монгольское иго — обман, Петр 1 – после возвращения из земель немецких оказался подменой. Существует мнение, что отголоски правды можно найти в русском языке. Как их распознать? Есть ли методики, приемы? Кто-то исследует эту тему? Созрели ли выводы?

Никак не распознать, пока не выучим русский язык. Ложь настолько прочно сидит в нескольких поколениях соотечественников, что, даже говоря на одном языке – мы говорим на разных. Люди не знают смысла слов. Простой вопрос, – чем отличаются смелый от храброго? Храбрый от отважного? Отважный от бесстрашного? Бесстрашный от доблестного? Это разные понятия. Для чего вносить в язык новые слова? Хороший, замечательный, чудесный, удивительный, волшебный, прекрасный. Разве они об одном и том же? А ответ на поверхности – когда не хватало слов, чтобы точно описать ту или иную грань чего-либо придумывали новое слово, чтобы раскрыть новый смысл. Сейчас повсюду «ок», «фигня». Язык примитивизируется, а с ним и носители. Большинство слов люди просто не понимают, потому что не изучают их русским способом. Никакая западная метода не поможет понять его. Кому взбрело в голову рубить слово на корень, окончание, приставку, суффикс? Сумасшествие. Чтобы люди вспомнили великий и могучий я строю школу русского языка. Потому что он – плазма, основа. Из него возникли все языки мира. Это не версия, а научно исследованный и доказанный факт. Бессмысленно говорить о патриотизме, государственном устройстве, геополитике, просвещении пока мы не научимся своему языку. Как построить башню до небес, – если строители не понимают друг друга? Эта беда. Ее необходимо срочно решать. Поэтому я отложил большинство своих проектов и занялся этим.

Когда вы намерены открыть школу? Кто в ней будет преподавать?

Мне приходится рассчитывать только на себя, хотя был бы рад любой помощи. Сейчас мы построили на территории Кремля двухэтажное здание. Пока без половиц, дверей. Как заработаю, – продолжу строительство. Сам начну готовить преподавателей. Организуем курсы выходного дня, образовательные семинары, вебинары.1

О поддержке государства не спрашиваю…

Государства? А что это? Я могу написать государству? Есть адрес? Почтальон не принесет   мне от него письмо. Государство, Родина, Отчизна тоже разные слова. И к каждому из них у русских свое отношение.

Вряд ли можно оспорить тот факт, что наша страна от войн пострадала больше остальных. Возвращение к национальному самосознанию вы предлагаете начинать со своих отцов, дедушек, прадедов. Но корни нашего народа после пяти войн 20 века основательно подрублены. Как отыскать сведения о своих предках, после того как расспросили всю родню об их жизни? Как вы искали своих?

Половину своей родни я проспал. Спохватился, когда их не стало. Вспоминал по обрывкам, заставлял родных напрячь память. По капле выдавливал детали жизни. Поясню, почему это было важно для меня. Под страхом смертной казни при Петре 1 и Екатерине Романовой под предлогом переписи в столицу свозили родовые книги и … сжигали. В языке сохранилась поговорка «у тебя на роду написано». Такова была традиция – вести книгу рода. Но захватчикам не нужен народ, у которого в жизнеописаниях семей, записана вся история страны. Поэтому и стирали память – кострами из родовых книг. Сегодня чрезвычайно сложно отыскать в архивах упоминания о своих пращурах. Но опускать руки нельзя. Необходимо начинать писать родовые книги прямо сейчас. Каждому, кто считает себя русским. Даже если ты сирота, – опиши из какого ты детдома, чем занимаешься в жизни. А когда появится семья, – расскажи и о ней. Подрастут дети, – научи их вести родовые книги. Никто кроме нас этого не начнет. Нужно выйти в мир яви. И если кто-то попытается вновь извратить нашу историю, вывести лжеца на чистую воду будет раз плюнуть. Все ходы записаны.

Эти знания влияют на самооценку?

Конечно. Зная жизненный путь своих предков, с каким восторгом и уважением мужчина будет относиться к своему сыну. Иная мера ответственности. Ведь в его руках будущее — внуки, правнуки, праправнуки. Во времена войны солдаты шли в атаку с криком «За Родину!». А что будут, кричать, не дай Бог, случись война, наши современники? «За жилплощадь!». Разве это ценно?

Сегодня и война изменилась. В России активно действует «пятая колона». Неужели опять до репрессий может дойти?

Не думаю. Общественное порицание инструмент гораздо более эффективный. Сегодня ни Макаревичу, ни Собчак, ни Борису Гребенщикову не позавидуешь. А определить представителя пятой колоны просто. Если человек говорит, что Украина воюет с Россией – то, конечно же, в информационной войне он на стороне врага. Или другой пример – чиновник долгое время работал в правительстве. Не сделал ничего и сейчас в оппозиции критикует действия власти. Стоит ли слушать его советы? Никакой Сталин в наше время не понадобиться. Достаточно здравомыслия.

Уже не раз звучало мнение об изменении двух статей конституции РФ – о ЦБ и идеологии. В Интернете идет сбор подписей. Это конструктивный путь?

Возможно один из бескровных путей. Наш президент из-за действующего законодательства не может этого сделать. Даже в том ограниченном законодательном пространстве он делает все что может. Вспомните последние предложения В. Путина, – создавайте Общественный Народный Фронт. Против кого фронт? Или в послании к Федеральному собранию предлагает решить задачу обретения Россией суверенитета. И никто из журналистов не переспросил – «Позвольте. Разве мы колония?» В условиях, когда большинство СМИ в кармане у «денежных мешков», чрезвычайно трудно вести разъяснительную работу. Свою позицию журналисту придется определять самостоятельно. Можно писать о подвигах предков. Но сам-то кто он? Нужно помнить – идет война на выживание. Не можешь мечом махать. Возьми перо в руки.

Что же защищать? Банковский кредит? Однокомнатную квартиру?

Свою землю. Дом. Часто в Интернете я предлагаю провести игру. Представьте, что вы президент. Издайте указ и обоснуйте его полезность. Вопрос, как правило, возвращают мне. Мое предложение – отменить крепостное право и, наконец, принять декрет о земле. Как бы нас не убеждали этого де-юре, до сих пор не произошло. Если взять всех моих родственников отдавших жизнь за эту землю и положить их тела рядом. Какой будет площадь? Почему я обязан кому-то платить за землю? Почему я русский должен у кого-то ее покупать? У нас самая большая территория, девять часов летишь – пусто. Возможно, для Европы, в которой за каждую пядь земли нужно зубами грызть, нынешняя модель налогообложения и сгодиться. Но не у нас. Если вдуматься, то напротив государство и правительство должно платить людям желающим взять землю в управление. Упорядочить ее. Тогда и пожаров не будет, потому что есть, кому следить за своей землей. Почему бы ни решить эту задачу? Тогда точно будет что защищать. Пора участвовать в жизни своей страны. Я могу собрать всех своих знакомых и спросить, принимали ли они участие в формировании хоть какого-нибудь закона? Нет. Депутаты принимают какие-то законы без нашего ведома. И ставят перед фактом. А люди считают, что от них ничего не зависит. Да от них и зависит. Одно слово, один гвоздь, один кирпич от каждого - и дом готов.

В последние годы в России появляются новые пророки, адепты – Трехлебов, Данилов, Патер-Дий А. Хиневич и другие. Это своеобразные информационные агенты? Как относится к ним?

Присмотреться, и ни в коем случае не канонизировать. Люди бросаются от одного адепта к другому, а они возможно и ненамеренно тащат как лебедь рак и щука в разные стороны. А пророки еще будут появляться. Но не верить же всем подряд.

Для многих постояльцев Интернета В. Сундаков пример достойный подражания. Могли бы составить свой портрет?

Ответ трудный, потому что занимался Сундаков самыми разными делами. Певец колыбельных цивилизаций. Борец за русскую культуру. Автор обучающих проектов для детей. Путешественник. Журналист. Поэт. Но есть определения, под которыми я готов подписаться кровью. И каждое из них требует определенных знаний и навыков. Сундаков — мужчина, муж, отец, дед, русский, россиянин. На тренингах когда прошу определить себя, особи мужского пола говорят «Я мужчина». И какой у тебя чин? В нашей традиции у мальчика были разные социальные статусы в 12 лет, в 15. Историки, не понимая этого, считают одного и того же исторического персонажа разными людьми. У него статус меняется. Сын Князя, Князь и Великий Князь. Или мне поп представляется – «отец Пафнутий». Я ему отвечаю – «отец Виталий». Вы воцерковлены? – спрашивает. При чем тут церковь? У меня есть дети на воспитании, а у вас? Какой вы отец? Или русский. Многие русские знают, какова территория нашей страны? Сколько ресурсов здесь добывается? Собирают в голову всякий мусор – как живут звезды, что ела на завтрак английская королева, когда случится Апокалипсис. Горько и обидно за своих соотечественников. Они словно заколдованные. Сегодня 90 % россиян живет с переломом души. И нет лекаря. Нет костра, у которого бы мы все могли собраться, послушать, о чем толкуют люди. Чтобы привлечь внимание человек что, должен застрелиться, повеситься, эпатировать?

За вилы браться?

Нет. Просто проснутся. Расколдоваться. Хочешь, чтобы жизнь была счастливой? Симбиоты твоего счастья твои родные, близки и друзья. Мне возражают – мне некогда заниматься семьей – нужно на работу. Я ради семьи и работаю. А как же семья и твое счастье? Брось ты такую работу. Не нужно слушать совет человека, который живет не так, как хотелось бы жить вам.

Интервью В.В.Сундакова газете "Знамя Труда", 17.11.2015, фрагменты



Интересные события которые ждут вас на выходных 29 октября – 9 ноября Выставка «Находка на краю земли...

Интересные события которые ждут вас на выходных

29 октября – 9 ноября
Выставка «Находка на краю земли»

В информационно-образовательном центре петербургского Водоканала пройдет увлекательнейшая выставка экспонатов этнографической и естественно-научной коллекций ямальского Музейно-выставочного комплекса Шемановского. Этот музей славится обилием древностей, принадлежащих к Ледниковому периоду. В их числе и копия мамонтенка Любы – единственного представителя своего породы, найденного практически в первозданном виде. Этот мамонтенок позволил ученым судить более подробно и уверенно о мамонтах и об их гибели. Помимо мамонта, посетители увидят слепки пещерного медведя, саблезубого тигра, а также слепки растений.

31 октября
Праздник тыквы в Ленинградском зоопарке

Кто сказал, что Хэллоуин празднуют только люди? Животные тоже любят праздники, поэтому люди для них устраивают свой Праздник тыквы. Да и посетителям будет чем заняться и на что посмотреть: мастер-классы по вырезанию рожиц на тыквах, открытое кормление животных (дикобразов, оленей, жаб, лисиц, белых медведей, верблюдов, ленивцев и волков), лекции об окружающей среде и анонс мероприятий для животных. Это и многое другое Вы узнаете на Празднике тыквы в Ленинградском зоопарке.

31 октября – 1 ноября
Фестиваль косплея и современной молодежной культуры AniCon

Вы любите компьютерные или онлайн игры, обожаете сериалы и мангу, жить не можете без анимэ и у вас есть даже свои любимые герои, тогда возрадуйтесь – фестиваль косплееров пройдет в Петербурге уже на этих выходных! Более того, это фестиваль станет отборочным этапом World Cosplay Summit. В КДЦ «Московский» со всего города сойдутся герои известных (и не очень) игр и сериалов. Молодые люди будут удивлять своими костюмами и гримом, выявляя самых экстравагантных и похожих. В рамках феста, пройдет показ любительских фильмов участников, покажут сценические постановки и танцевальное шоу, а также проведут конкурс караоке.

Игорь Гармаш «У человека, который воспринимает искусство, рука не поднимется стрелять» 061 возобновляет...

Игорь Гармаш: «У человека, который воспринимает искусство, рука не поднимется стрелять»

061 возобновляет спецпроект «Люди, которые меняют Запорожье». Мы будем знакомить читателей с настоящими патриотами нашего города. Первым собеседником сайта стал Игорь Гармаш – активный общественный деятель, директор центра искусств «Арт-простір» и руководитель Ассамблеи деятелей культуры Запорожья. Тем более, что для беседы был еще один повод – предстоящий фестиваль-ярмарка «Запорожская книжная толока», организатором которой выступает Гармаш.  – До начала «Запорожской книжной толоки» осталось две недели. Расскажите поподробнее о фестивале. Как, по вашему мнению, он должен повлиять на наш город? – По поводу «повлиять» – это, конечно, вопрос философский. Наша задача – по крайней мере, попробовать расшевелить людей. Запорожье – единственный регион в Украине, где за последние восемь лет на уровне областного центра не проводилось ни одной книжной ярмарки. У нас запланированы театральные выступления, кинопоказы, живые чтения, программа для людей с особыми потребностями, программа для переселенцев и детская программа, а также ряд мероприятий для военных, вернувшихся из зоны АТО… Кроме того, будет функционировать ряд дискуссионных площадок. Мы хотим восполнить упущенное за восемь лет, ведь именно недостаточный уровень культуры граждан привел к тому, что на Востоке Украины и в Крыму случилось большое несчастье. Стратегически правильно заниматься культурным развитием именно в Запорожье, потому что мы – прифронтовая зона, и не хотим этой войны у себя. Финансирование армии – благородное дело, но нужен и другой подход. Культура – это базис, на котором развивается общество. – То есть, повышение уровня культуры граждан, по-вашему, может спасти нас от недоброжелательных соседей? – Хорошая литература или  хорошее кино, конечно, напрямую не спасают от того, что уже случилось. Однако они предотвращают повторение плохого. У человека, который воспринимает искусство, рука не поднимется стрелять или бить другого человека. – Считаете ли Вы, что Запорожье уже готово «нырнуть» в культуру и дружно пойти на такое мероприятие, как «Запорожская книжная толока»? – Я не могу решать, готово или не готово наше общество – у меня попросту нет на это времени. Мы должны действовать, несмотря на ситуацию. Думаю, ни один адекватный человек не скажет, что мы поступаем неуместно. Но тут еще вот в чем проблема. Поскольку мы делаем такой фестиваль впервые, то понятно, что посещаемость будет видна «де факто». – Нет опасений, что на «толоку» придет только «богемная» аудитория – литераторы, журналисты? – Мы ориентируемся определенно не на «богему», поскольку она и так имеет выходы на то, что ей интересно. Дело в том, что мы нашли возможность сделать для запорожцев просто подарок. Объясняю. Такие мероприятия обычно платные, но чтобы подтолкнуть людей к посещению «толоки», к чтению, в конце концов, мы добились гранта от Агентства международного развития США. Я просто хочу акцентировать внимание на том, что наш фестиваль будет проходить за неделю до выборов, и мы приложили просто невероятные усилия, чтобы там не было ни единого грамма политики. То есть, мы делаем чисто культурное, абсолютно бесплатное мероприятие.  Нам хочется, чтобы люди пришли и присоединились к происходящему просто из интереса. – Всё же, как организатор, на какое количество посетителей вы надеетесь, чтобы «Запорожскую книжную толоку» можно было назвать удачно состоявшейся? – Мы хотим задействовать пять тысяч человек, и думаем, что это абсолютно реально. – А как насчет гостей из других городов (кроме издателей и авторов, конечно)? – Естественно, приедут и они. Мы рекламируем проект по всей территории Украины и знаем, что к нам очень много людей собирается ехать. В частности, ожидаем много гостей из Киева, Львова, Днепропетровска и Кривого Рога. Также собираемся организовать транспорт для подвоза людей из районных центров области. А поскольку статус нашего фестиваля – международный, на нем будут присутствовать представители американского и немецкого посольств. – Вернемся к теме Запорожья. Вы, наверное, согласитесь, что у нас существует проблема – за последние 20-25 лет город не «родил» практически ни одного известного украинского писателя. Как Вы считаете, чем это обусловлено? – Дело в том, что такой срок, как «популярность», имеет очень размытые рамки. Можно написать какую-то попсу и стать популярным, а можно делать классные вещи, которые люди будут читать столетиями, но сказать, что этот автор супер-популярен, никто не возьмется. Например, могу рассказать об Олеге Шинкаренко – запорожце, который был сначала главой киноклуба «Восхождение», потом уехал в Киев и работает, как журналист, но при этом издал уже несколько книг. С последней из них – «Кагарлык» – объездил практически всю Европу. Презентовал её и в родном Запорожье, и на львовском Форуме издателей, поэтому сказать, что это неизвестная личность мы не можем. Запорожец? Определенно. Популярность – не показатель. – Если быть лаконичным, можете назвать три фактора или три причины, которые мешают Запорожью стать культурной столицей Украины? – Во-первых, нужно ли нам становиться такой столицей? Догнать и перегнать Львов или Киев – не та цель, которую стоит ставить перед собой. У Запорожья есть своё лицо. Я считаю, что городу определенно нужно становиться более культурным, но меряться с кем-то «крутостью» – нет. Что же касательно помех, то я в первую очередь хотел бы процитировать мудрое изречение:  «Прежде чем вести людей к духовности, сначала накормите их».   – То есть, возвращаясь к началу разговора, начинать нужно всё же не с культуры? – Нет-нет-нет. Мы же разговариваем о факторах, которые мешают? Вот я и показываю один из них. Настоящие люди искусства творят не потому, что им за это платят или не платят, а потому что они иначе не могут…. Но бедность, конечно же, влияет на уровень востребованности. Хотя, в Запорожье есть и другие проблемы. Исторически сложилось, что мы – индустриальный город. Когда строилась ДнепроГЭС и заводы, сюда, конечно, присылали инженеров, но их было мало. Основной же частью населения были и остаются простые работяги. Они все ориентированы на промышленность. Это обуславливает то, что в Запорожье очень тонкий культурный слой. Но если люди увидят, что есть что-то хорошее – бесплатно, то в будущем у них появится потребность в этом хорошем, и можно будет переходить на более высокий уровень. Мы должны дать людям выбор – идти на концерт или пить спиртные напитки. Если нет альтернативы, то ничего не сдвинется с места. – Вот мы, собственно, и подошли к тому, что в Запорожье довольно апатичная публика, она редко реагирует даже на бесплатные предложения… Видите ли Вы выход из этого порочного круга – когда у человека есть альтернатива, но он ее игнорирует?   – Тут действительно существует парадокс. В принципе, у многих нет денег, чтобы платить за что-то, но то, что дается, простите, «на халяву», никогда не ценится. Этот замкнутый круг всё равно придется разрывать… – Каким образом? – Потихоньку! Например, проводя наши социальные проекты, мы не можем просить у посетителей деньги за вход, зато ставим ящички для благотворительных взносов. Пусть люди сами думают, платить им одну гривну или сто, но мы потихоньку приучаем их к тому, что если ты что-то получил, то кто-то потратил на это своё время и силы, а значит, «кого-то» нужно отблагодарить. Но это нужно делать не из-под палки или под угрозой – желание должно стать внутренней необходимостью людей. – А ведь есть еще и люди, которые хотели бы куда-то попасть и на что-то сходить, но они по какой-то причине оказались в информационном вакууме… – Это огромная проблема. У активистов, которые занимаются проведением социально ориентированных мероприятий, элементарно не хватает времени на PR. Зато, когда мы обращаемся за информационной поддержкой к журналистам и рекламным организациям, они просят за это деньги. Но, извините, это же делается для общества! Когда мы делаем социальный проект, где-то в душе теплится надежда на то, что нас поймут и нам помогут… – Хочется верить, что всё будет именно так. К слову, спрошу напоследок. Какие сюрпризы готовит «Запорожская книжная толока» для своих посетителей? – Самую интересную задумку мы постараемся воплотить в рамках литературного конкурса, альманах которого будет представлен на фестивале. Для победителя мы снимем видео-трейлер по мотивам его конкурсной работы. К этому уже приглашен известный украинский режиссер, но какой именно – пока что секрет. СПРАВКА.  «Запорізька книжкова толока» состоится 16-18 октября. Уже известно, что в рамках фестиваля в Запорожье приедут Любко Дереш, братья Капрановы, Василий Шкляр, Антон Мухарский, Сашко Лирнык, переводчик Ирина Славинская, а также Павел Вольвач и много других звезд украинской литературы. Следить за новостями фестиваля можно на сайте.  По материалам http://www.061.ua/